(no subject)

На выпускном вечере в детском саду Егор будет тараканом. Великая роль, можно сказать. Будут ставить сказку «Муха-Цокотуха», так что выпускать из сада будут полчище насекомых! Ну, в общем, после Карлсона (да, мой худой и длинный ребенок был отощавшим Карлсоном!) и Трубадура (кто это такой, узнала только на представлении – это, оказывается, предводитель Бременских музыкантов) не так уж и плохо. Жанровое своеобразие!

* * *

Если бы в доме случился пожар, я бы во вторую очередь (после документов, ну, с учетом, что людей в доме нет) спасла свои дневники и всякие архивы: фото, видео, записки, рисунки, рассказы, милые вещицы, которые для меня когда-то что-то значили. Потом – утенка, спального Гориного друга, он с ним с полугодовалого возраста и слегка уже протерся, но пока держится (слава магазину Mothercare!), м-да, наверное, пришлось бы спасать всю его птицеферму… Севиного кота, похожего на веревочную швабру, тоже надо взять. Далее – свою коллекцию мышей и крыс, впрочем, они слишком хрупкие, вряд ли они бы выдержали. Книг бы я не взяла, к сожалению, у меня уже давно нет дорогих сердцу книг… Подарков, которые хотелось бы сохранить, тоже. Потом – компьютер, фото-, видеоаппаратуру, но это уже из области фантастики, кто же спасает технику при пожаре! А больше ничего ценного у меня нет.

УРА! Читаем!

Егор занимался разукрашиванием, по его мнению, ничего не получалось (где-то что-то на миллиметр залезло куда не надо). Слабые похлипывания переходили в рыдания. Когда я подошла, он разразился затяжным монологом на тему «Жизнь не удалась». Рыдая и размазывая слезы, он продолжал педантично разукрашивать машину и одновременно читал мне нотации: «Посмотри, рядом с тобой живет такой замечательный ребенок, который называется Егор, и он относится к тебе так мило, ну иногда строго, а ты к нему относишься строго, а иногда мило, то есть все наоборот». Ему совершенно не требовались никакие мои ответы, просто ему захотелось выговориться. И вот рисует, сопит и причитает. Ну очень занудно. А потом произошло чудо, попричитав минут с сорок, на пике психоза, Егор вдруг вспомнил, что хочет почитать (а читать только-только начинает, сам не читает еще), приносит книжку про Гадкого утенка, специальную такую, где крупные буквы и все по слогам, и начинает читать, ну не все понимая, но В ПЕРВЫЙ РАЗ сам настоящую книжку! Прочитали мы три полстраницы, я уже устала ужасно, ему хоть бы хны, он уже полез на четвертую, но я взмолилась. Полчаса назад царила вселенская скорбь, а теперь не ребенок, а мечта родителя! В поисках закладки для книги мы не в добрый час наткнулись на линейку, и Егор возжелал продемонстрировать мне свои познания в математике и черчении. Несколько минут он старательно чертил линии, прибавляя каждый раз по одному сантиметру (о том, что он это умеет, я, честно признаться, не знала), а потом по моей просьбе квадрат с заданной стороной. Слава богу, тут он заскучал и вполне счастливый завалился спать.