![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
30 Dec 2017 23:38Хочу рассказать о книге моей подруги Ани Ратиной «И взаимно притом», которая представляет собой сборник дневниковых записей о ее семье, в первую очередь о сыне Федоре.
Когда ребенок весь день играет в Щелкунчика или Дровосека – это хорошо. Примерно понятно, что и как. А вот когда он играет в синюю краску – гораздо сложнее. Мои дети никогда не играли в синюю краску. Федор, сын Анны, – необыкновенный ребенок. Все дети в определенном возрасте выдают улетные фразочки, фантазируют, придумывают новые слова. Но Федор был неповторим. У него в голове были сказочные миры такого масштаба, что они никак не удерживались внутри и бурно выплескивались наружу, на всех окружающих, и мама, конечно, была в самой гуще этой фантасмагории. Сегодня Федор медвежонок, а Аня – медведица, потом слониха или бегемотиха, и завтра она никогда не знала, кем окажется, какими красками раскрасит сын серые будни. Я много лет читала Анин дневник, каждый раз поражаясь и умиляясь. Но в глубине души я думала, что, наверное, это очень тяжело и утомительно – играть столько ролей, все время быть в образе – а иначе никак нельзя, ведь надо было находиться в одном измерении с сыном. Сейчас я думаю, что не столь это тяжело, если посмотреть на подросшего Федора, умного, трогательного, ироничного, страстно увлеченного историей, политикой и литературой и делающего успехи на этом поприще. Историю он знает лучше многих взрослых, и успехов ему на этом поприще.
Делает задание по основам этики.
– Мама, у нашей семьи есть традиции?
Я говорю – конечно, есть, и дед их главный носитель.
Ф, деловито:
– Давай-ка быстро сообразим, какие ценности лежат в основе этих традиций.
А ценности лежат самые простые и важные. То, что написано на обложке: «Мне кажется, удалось сохранить и передать самое важное для меня – увы, я часто теряю его за сиюминутным – то, как сильно я люблю тех, кто рядом со мной, какой они близкий, но отдельный, бесконечно сложный и бесконечно радостный мир». Аня, тебе удалось! Я никогда не знала этого ощущения и смогла прикоснуться к нему, только читая твою книгу.
Когда ребенок весь день играет в Щелкунчика или Дровосека – это хорошо. Примерно понятно, что и как. А вот когда он играет в синюю краску – гораздо сложнее. Мои дети никогда не играли в синюю краску. Федор, сын Анны, – необыкновенный ребенок. Все дети в определенном возрасте выдают улетные фразочки, фантазируют, придумывают новые слова. Но Федор был неповторим. У него в голове были сказочные миры такого масштаба, что они никак не удерживались внутри и бурно выплескивались наружу, на всех окружающих, и мама, конечно, была в самой гуще этой фантасмагории. Сегодня Федор медвежонок, а Аня – медведица, потом слониха или бегемотиха, и завтра она никогда не знала, кем окажется, какими красками раскрасит сын серые будни. Я много лет читала Анин дневник, каждый раз поражаясь и умиляясь. Но в глубине души я думала, что, наверное, это очень тяжело и утомительно – играть столько ролей, все время быть в образе – а иначе никак нельзя, ведь надо было находиться в одном измерении с сыном. Сейчас я думаю, что не столь это тяжело, если посмотреть на подросшего Федора, умного, трогательного, ироничного, страстно увлеченного историей, политикой и литературой и делающего успехи на этом поприще. Историю он знает лучше многих взрослых, и успехов ему на этом поприще.
Делает задание по основам этики.
– Мама, у нашей семьи есть традиции?
Я говорю – конечно, есть, и дед их главный носитель.
Ф, деловито:
– Давай-ка быстро сообразим, какие ценности лежат в основе этих традиций.
А ценности лежат самые простые и важные. То, что написано на обложке: «Мне кажется, удалось сохранить и передать самое важное для меня – увы, я часто теряю его за сиюминутным – то, как сильно я люблю тех, кто рядом со мной, какой они близкий, но отдельный, бесконечно сложный и бесконечно радостный мир». Аня, тебе удалось! Я никогда не знала этого ощущения и смогла прикоснуться к нему, только читая твою книгу.
