Документальный театр
17 Oct 2020 21:28![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
prosto_krysДавно уже хотела написать о двух разных постановках по мотивам реальных трагических событий. Плюс вспоминается еще одна документальная постановка с Окко, название которой я не помню, про наркоманов, к которой можно применить все те же слова.
«Шум» Александринского театра. В основе пьесы реальная история, произошедшая в небольшом поселке Челябинской области: подросток-геймер убил из обреза своего одноклассника за то, что тот поставил ему на нос чернильную кляксу. Написанный в 2011 году первый вариант пьесы был показан в Театре.doc в Москве. В спектакле использованы сложные медиа- и звуковые эффекты: проецирующееся на пять сторон видео, создающее эффект нахождения внутри компьютерной игры, и бинауральный звук — технология, освоенная пока что лишь в киноиндустрии.
Вот сложные эффекты мне понравились, было органично и похоже на включение игры в ткань спектакля. А все остальное... Авторы надеялись на драму, надрыв. Но спектакль получился слишком документальным. Актеры очень часто читают текст от имени своего персонажа. Я поняла, что не люблю вот этого художественного чтения совсем. 70-80% монолога и 20-30% игры — нет это распределение не для меня. Я не этого жду от театра. Меня это не трогает. Обратная пропорция — самое лучшее. И еще непонятное: ближе к концу к зрителям вышла актриса, которая сказала, что мать убийцы должна была играть она, но она отказалась, так как не поняла для себя, насколько тактично и правильно все это воспроизводить на сцене, «лицедействовать» в то время, как живы все участники истории (кроме жертвы, естественно). Это часть спектакля? Она каждый спектакль так выходит? Тогда это фигня какая-то... Я тоже задавала себе этот вопрос. Но раз уж театральный процесс запущен, то я хотела получить от него удовлетворение, взрыв в душе или что там еще ожидалось от этой драмы. Меня не впечатлило и не тронуло. Уверена, что историю можно было рассказать иначе.
Более камерный проект — документальный спектакль «Голоса» театральной группы «Филомела», который был показан офлайн, но можно было посмотреть и онлайн по запросу. Это спектакль, совмещающий элементы документального и кукольного театра, о ЛБТ-женщинах из южных регионов России, где особенно сильны патриархальные установки. Театр, как я поняла, почти самодеятельный, малобюджетный (а может, и вовсе некоммерческий), но люди там работают очень неравнодушные. Это уже спектакль лишь со штрихами игры, фактически актеры читают воспоминания героинь — и больше ничего не происходит. Было невероятно скучно. Смотреть в таком театре решительно нечего. Это мог бы быть роскошный аудиоспектакль, но непонятно, на что рассчитывали создатели, ставя его на сцене. Истории тоже, несомненно, драматичные, но от тоски и постоянных попыток зацепиться за что-то глазами драму прочувствовать не удалось. Не буду говорить о крайне низком качестве записи.
Скучны мне документальные спектакли, в которых столько банальных монологов. В театре нужна зрелищность. Если ее нет, надо уходить в звуковой театр, это тоже вполне достойная ниша.
«Шум» Александринского театра. В основе пьесы реальная история, произошедшая в небольшом поселке Челябинской области: подросток-геймер убил из обреза своего одноклассника за то, что тот поставил ему на нос чернильную кляксу. Написанный в 2011 году первый вариант пьесы был показан в Театре.doc в Москве. В спектакле использованы сложные медиа- и звуковые эффекты: проецирующееся на пять сторон видео, создающее эффект нахождения внутри компьютерной игры, и бинауральный звук — технология, освоенная пока что лишь в киноиндустрии.
Вот сложные эффекты мне понравились, было органично и похоже на включение игры в ткань спектакля. А все остальное... Авторы надеялись на драму, надрыв. Но спектакль получился слишком документальным. Актеры очень часто читают текст от имени своего персонажа. Я поняла, что не люблю вот этого художественного чтения совсем. 70-80% монолога и 20-30% игры — нет это распределение не для меня. Я не этого жду от театра. Меня это не трогает. Обратная пропорция — самое лучшее. И еще непонятное: ближе к концу к зрителям вышла актриса, которая сказала, что мать убийцы должна была играть она, но она отказалась, так как не поняла для себя, насколько тактично и правильно все это воспроизводить на сцене, «лицедействовать» в то время, как живы все участники истории (кроме жертвы, естественно). Это часть спектакля? Она каждый спектакль так выходит? Тогда это фигня какая-то... Я тоже задавала себе этот вопрос. Но раз уж театральный процесс запущен, то я хотела получить от него удовлетворение, взрыв в душе или что там еще ожидалось от этой драмы. Меня не впечатлило и не тронуло. Уверена, что историю можно было рассказать иначе.
Более камерный проект — документальный спектакль «Голоса» театральной группы «Филомела», который был показан офлайн, но можно было посмотреть и онлайн по запросу. Это спектакль, совмещающий элементы документального и кукольного театра, о ЛБТ-женщинах из южных регионов России, где особенно сильны патриархальные установки. Театр, как я поняла, почти самодеятельный, малобюджетный (а может, и вовсе некоммерческий), но люди там работают очень неравнодушные. Это уже спектакль лишь со штрихами игры, фактически актеры читают воспоминания героинь — и больше ничего не происходит. Было невероятно скучно. Смотреть в таком театре решительно нечего. Это мог бы быть роскошный аудиоспектакль, но непонятно, на что рассчитывали создатели, ставя его на сцене. Истории тоже, несомненно, драматичные, но от тоски и постоянных попыток зацепиться за что-то глазами драму прочувствовать не удалось. Не буду говорить о крайне низком качестве записи.
Скучны мне документальные спектакли, в которых столько банальных монологов. В театре нужна зрелищность. Если ее нет, надо уходить в звуковой театр, это тоже вполне достойная ниша.
