![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
prosto_krysЭто очень грустный рассказ.
![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
silna, прости, это очень грустно…
1.
…Когда она уходила из рекламного агентства в декретный отпуск, замглавного, слегка робея, поинтересовался, а было ли известно о беременности, когда она устраивалась на работу. Это было обидно, но действительно, у людей вполне могло возникнуть нехорошее подозрение, так как забеременела она, когда отработала на новом месте всего две недели. Честно говоря, она не ожидала этого и настраивалась на долгое взаимовыгодное сотрудничество. И не все сотрудники знали о ее положении. «Куда-куда ты уходишь?» - изумлялись некоторые, оглядывая ее с ног до головы. Она уходила ТУДА, в мир очаровательных молодых и худеньких мамашек, в мысли о детстве, в новое приключение на всю жизнь. И вокруг все было тепло и радостно, потому что было лето, потому что лето было ее любимым временем года и потому что ей в любом случае было интересно в своем интересном положении.
Приятной неожиданностью было то, что в госконторе, где она числилась в качестве проектировщицы (ради трудовой книжки), ей выплатили огромные декретные, на которые никто не рассчитывал. Технология была проста: им нужны были «мертвые души», чтобы начислять им деньги, которые на самом деле шли им в карман, но декретные как раз высчитывались из расчета средней зарплаты и шли не из бюджета предприятия, а из госбюджета. Все остались довольны! На нежданные деньги был куплен огромный шкаф-купе. Она пришла из магазина и застала мужа с братом за сборкой этого шкафа, они сказали, что почему-то не смогли разобраться в инструкции и собирают по своему усмотрению. Взглянув в инструкции, она сразу поняла, в чем дело: после третьей страницы шла сразу одиннадцатая, а мужики совершенно не обратили на это внимания! Она сидела и наслаждалась созидательным разгромом, именно так и представлялась ей идеальная беременность: в заботах об обуючивании гнезда, в котором скоро должен был появиться крохотный человечек – Дашка…
Как и все будущие мамашки, она любила ходить по магазинам и рассматривать всякие чудесные крохотные вещички. Совершенно ясно понимая, что многие из них не такие уж и практичные и что вообще не в нарядах и игрушках счастье, она тем не менее поддавалась беременному ажиотажу и не отказывала себе в удовольствии хотя бы помечтать о всей этой красоте. И когда возбуждение достигло предела, она решила потратить 100 долларов из скромного семейного бюджета на несколько страшно валютных и безумно обворожительных шмоток. И долго «чахла» над ними дома, как Кащей над златом… Абсолютно потряс ее воображение разноцветный утенок с лапами-погремушками, шуршащими и пищащими крыльями с именем Бу…
Приятные неожиданности все не заканчивались. Мужнин работодатель расщедрился и согласился оплатить ей роды в престижном центре. Кусочек богатой жизни ей, запуганной рассказами об унижениях и плохом обслуживании в муниципальных роддомах, казался невероятным подарком. Там все будет чисто и вежливо, там она будет наедине со своим чудом, там, в белоснежной атмосфере добра, начнется новая жизнь.
А за пару дней до того, как отправиться заключать контракт, она встретила на улице, около хлебной палатки, пожилую женщину. Оказалось, они живут в одном доме. Женщина попросила ее об одолжении: она живет одна с больной дочерью, сама тоже нездорова, и ей трудно ходить в магазин. Она попросила занести ей на следующий день хлеба и молока. …С продуктами в сумке она позвонила в нужную дверь. Ей открыла та женщина, а из комнаты ковыляла девочка лет пятнадцати. У нее ДЦП и, судя по всему, отклонения в психическом развитии. Эта встреча на нее произвела сильное впечатление: ну конечно, со мной такого не случится, это всегда случается с другими…
2.
И вот они с мужем стоят перед дверью кабинета, скоро они оплатят контракт и перед ними откроются двери в страну цивилизованных родов и абсолютного благополучия.
Врач ей не понравилась. Ну, ладно, первое впечатление часто обманчиво, подумала она. Врачу нужны результаты УЗИ, и они поднимаются на второй этаж. Необыкновенно долго женщина водит датчиком по брюху, спустя какое-то время ее лицо становится тревожным, потом она подзывает еще кого-то, идет в соседний кабинет… Странные термины, непонятные разговоры, что-то не так… «Что-то с ребенком?» – «Да». – «Это очень серьезно?» – «Это ОЧЕНЬ серьезно».
Что? Почему? Какие пороки мозга? Сто раз делали УЗИ, ничего не было, она прекрасно себя чувствовала… Что делать? Как лечить ребенка? Что с ним будет? «Надо прерывать беременность». Как это? Ведь уже восемь месяцев… А что будет с ребенком? «Ему нельзя помочь. Пороки, не совместимые с жизнью». Консилиум… Профессора, доценты, практиканты… Диагноз… Приговор.
Она выходит на ватных ногах. Боже, там же муж! Зачем он там? Она не хочет никого видеть. Уберите весь мир! Она не может и рта раскрыть и, рыдая, падает к нему в объятия. «Вы еще молодые, у вас еще будут дети». Как дожить до этого будущего? Как не сойти с ума?
Домой идут пешком, держась за руки и сторонясь людей, скорей домой. Дома. На диване разбросаны погремушки – друзья отдали, а они не успели их убрать, торопились. Нет, невозможно к ним прикасаться, она заваливается на диван посреди этих игрушек и закрывает глаза. Муж сгребает игрушки в мешок. Она еще жива, Дашка, но она обречена.
…Больница. Там все с патологией. В палате: «Что у тебя?» – «Ой, девчонки, наверное, хуже, чем у всех вас». – «Ха, а вот это вряд ли!» И правда, все с таким же горем. У кого-то ребенок с пороками, у большинства – умерли внутриутробно. Почти все девчонки молодые и выглядят на удивление спокойными, но это обманчиво. Просто они пытаются выжить. Оксана вяжет кофточку для шестилетней дочки. Как она может вязать? Она тоже пытается выжить. Сашка, 17-летняя пацанка, а на вид ей можно дать только 14. Беременность и ребенок незапланированные, она все воспринимает без такого трагизма, как остальные, ее больше расстраивают отношения с парнем, с которым возникли какие-то напряги. Оля, ей уже 33, она долго не могла забеременеть, и теперь такое. «Ну и пусть, ну можно жить и без детей!» Это от отчаяния. Наташа, ей вообще 38, старшему ребенку 16, она мудрее остальных. Лена, чудная такая женщина, у нее двойня. Должна была быть. Это что, вдвойне больше горя? Нет, масштаб этого горя не подчиняется измерениям. Галя, у нее ребенок уже родился, у него серьезные пороки кишечника. Сказали, если проживет две недели, будут делать операцию. Она ходит на него смотреть, всего опутанного проводочками, цепляющегося за жизнь. Он не смог, не прожил.
Там хорошо, в этой грязной обшарпанной больнице. Там все свои. Временами отпускают мрачные шуточки. По очереди впадают в истерики. Именно по очереди, тогда как остальные утешают. Там хорошо. За окнами другой мир, с колясками, детскими поликлиниками и молочными кухнями, игрушками и памперсами. Она не хочет в этот мир, в котором ей будет больно.
… Почему не разделили родильные залы? Почему отовсюду слышатся крики новорожденных? Кто придумал эту пытку? Ударная доза стимуляции из сострадания, дикая боль, каждый раз, когда она на миг закрывает глаза, стрелки на часах оказываются в другом месте. Так она понимает, что теряла сознание. Почему в родильном зале так темно? Разве такое бывает? А, нет, это у нее в глазах темно… Лишь бы это закончилось когда-нибудь… Опустошение… Без мыслей, без чувств, сложно отвечать на дурацкие вопросы, призванные проверить, не тронулась ли роженица рассудком. Зачем они так громко называют рост и вес? Она закрыла глаза, но уши заткнуть не может!
Дашки уже нет, она умерла до рождения.
…То же солнце, то же небо, она привыкает ходить по осенним улицам. Мир теперь разделен на две части: люди, с которыми случилось что-то страшное, и люди, которые думают, что с ними ничего ТАКОГО случиться не может. Хотя, впрочем, есть, наверное, еще люди, которые вообще не думают ни о чем таком и считают, что все в руках Божьих. Она тоже научится так думать. Это не придает бесстрастия и оптимизма, но это делает человека чуть более устойчивым в этом мире. Страдания надо уметь принимать, пока не научишься, будешь страдать, так она решила для себя чуть позже. Наверное, она стала сильнее, но никогда она не проверяла силу духа размышлениями о том, что было бы, если бы… Она не знала, сколько еще испытаний ей подкинет судьба и сможет ли она их выдержать, да и вообще стала мало думать о будущем. А прошлое – стала уважать и старалась относиться к нему без ненависти.
…Прошло сколько-то лет. Своему сыну, когда тому исполнилось полгодика, она подарила того самого утенка. Он сразу стал любимой игрушкой, и даже когда сын подрос, он не ложился спать, не обняв его. Бу заметно истрепался, одно крыло перестало пищать, но он молодец, держится. И ночью, когда ребенок переворачивается, позвякивают погремушки в тряпочных лапках. Привет от сестренки, которая на небесах…
silna, прости, это очень грустно…1.
…Когда она уходила из рекламного агентства в декретный отпуск, замглавного, слегка робея, поинтересовался, а было ли известно о беременности, когда она устраивалась на работу. Это было обидно, но действительно, у людей вполне могло возникнуть нехорошее подозрение, так как забеременела она, когда отработала на новом месте всего две недели. Честно говоря, она не ожидала этого и настраивалась на долгое взаимовыгодное сотрудничество. И не все сотрудники знали о ее положении. «Куда-куда ты уходишь?» - изумлялись некоторые, оглядывая ее с ног до головы. Она уходила ТУДА, в мир очаровательных молодых и худеньких мамашек, в мысли о детстве, в новое приключение на всю жизнь. И вокруг все было тепло и радостно, потому что было лето, потому что лето было ее любимым временем года и потому что ей в любом случае было интересно в своем интересном положении.
Приятной неожиданностью было то, что в госконторе, где она числилась в качестве проектировщицы (ради трудовой книжки), ей выплатили огромные декретные, на которые никто не рассчитывал. Технология была проста: им нужны были «мертвые души», чтобы начислять им деньги, которые на самом деле шли им в карман, но декретные как раз высчитывались из расчета средней зарплаты и шли не из бюджета предприятия, а из госбюджета. Все остались довольны! На нежданные деньги был куплен огромный шкаф-купе. Она пришла из магазина и застала мужа с братом за сборкой этого шкафа, они сказали, что почему-то не смогли разобраться в инструкции и собирают по своему усмотрению. Взглянув в инструкции, она сразу поняла, в чем дело: после третьей страницы шла сразу одиннадцатая, а мужики совершенно не обратили на это внимания! Она сидела и наслаждалась созидательным разгромом, именно так и представлялась ей идеальная беременность: в заботах об обуючивании гнезда, в котором скоро должен был появиться крохотный человечек – Дашка…
Как и все будущие мамашки, она любила ходить по магазинам и рассматривать всякие чудесные крохотные вещички. Совершенно ясно понимая, что многие из них не такие уж и практичные и что вообще не в нарядах и игрушках счастье, она тем не менее поддавалась беременному ажиотажу и не отказывала себе в удовольствии хотя бы помечтать о всей этой красоте. И когда возбуждение достигло предела, она решила потратить 100 долларов из скромного семейного бюджета на несколько страшно валютных и безумно обворожительных шмоток. И долго «чахла» над ними дома, как Кащей над златом… Абсолютно потряс ее воображение разноцветный утенок с лапами-погремушками, шуршащими и пищащими крыльями с именем Бу…
Приятные неожиданности все не заканчивались. Мужнин работодатель расщедрился и согласился оплатить ей роды в престижном центре. Кусочек богатой жизни ей, запуганной рассказами об унижениях и плохом обслуживании в муниципальных роддомах, казался невероятным подарком. Там все будет чисто и вежливо, там она будет наедине со своим чудом, там, в белоснежной атмосфере добра, начнется новая жизнь.
А за пару дней до того, как отправиться заключать контракт, она встретила на улице, около хлебной палатки, пожилую женщину. Оказалось, они живут в одном доме. Женщина попросила ее об одолжении: она живет одна с больной дочерью, сама тоже нездорова, и ей трудно ходить в магазин. Она попросила занести ей на следующий день хлеба и молока. …С продуктами в сумке она позвонила в нужную дверь. Ей открыла та женщина, а из комнаты ковыляла девочка лет пятнадцати. У нее ДЦП и, судя по всему, отклонения в психическом развитии. Эта встреча на нее произвела сильное впечатление: ну конечно, со мной такого не случится, это всегда случается с другими…
2.
И вот они с мужем стоят перед дверью кабинета, скоро они оплатят контракт и перед ними откроются двери в страну цивилизованных родов и абсолютного благополучия.
Врач ей не понравилась. Ну, ладно, первое впечатление часто обманчиво, подумала она. Врачу нужны результаты УЗИ, и они поднимаются на второй этаж. Необыкновенно долго женщина водит датчиком по брюху, спустя какое-то время ее лицо становится тревожным, потом она подзывает еще кого-то, идет в соседний кабинет… Странные термины, непонятные разговоры, что-то не так… «Что-то с ребенком?» – «Да». – «Это очень серьезно?» – «Это ОЧЕНЬ серьезно».
Что? Почему? Какие пороки мозга? Сто раз делали УЗИ, ничего не было, она прекрасно себя чувствовала… Что делать? Как лечить ребенка? Что с ним будет? «Надо прерывать беременность». Как это? Ведь уже восемь месяцев… А что будет с ребенком? «Ему нельзя помочь. Пороки, не совместимые с жизнью». Консилиум… Профессора, доценты, практиканты… Диагноз… Приговор.
Она выходит на ватных ногах. Боже, там же муж! Зачем он там? Она не хочет никого видеть. Уберите весь мир! Она не может и рта раскрыть и, рыдая, падает к нему в объятия. «Вы еще молодые, у вас еще будут дети». Как дожить до этого будущего? Как не сойти с ума?
Домой идут пешком, держась за руки и сторонясь людей, скорей домой. Дома. На диване разбросаны погремушки – друзья отдали, а они не успели их убрать, торопились. Нет, невозможно к ним прикасаться, она заваливается на диван посреди этих игрушек и закрывает глаза. Муж сгребает игрушки в мешок. Она еще жива, Дашка, но она обречена.
…Больница. Там все с патологией. В палате: «Что у тебя?» – «Ой, девчонки, наверное, хуже, чем у всех вас». – «Ха, а вот это вряд ли!» И правда, все с таким же горем. У кого-то ребенок с пороками, у большинства – умерли внутриутробно. Почти все девчонки молодые и выглядят на удивление спокойными, но это обманчиво. Просто они пытаются выжить. Оксана вяжет кофточку для шестилетней дочки. Как она может вязать? Она тоже пытается выжить. Сашка, 17-летняя пацанка, а на вид ей можно дать только 14. Беременность и ребенок незапланированные, она все воспринимает без такого трагизма, как остальные, ее больше расстраивают отношения с парнем, с которым возникли какие-то напряги. Оля, ей уже 33, она долго не могла забеременеть, и теперь такое. «Ну и пусть, ну можно жить и без детей!» Это от отчаяния. Наташа, ей вообще 38, старшему ребенку 16, она мудрее остальных. Лена, чудная такая женщина, у нее двойня. Должна была быть. Это что, вдвойне больше горя? Нет, масштаб этого горя не подчиняется измерениям. Галя, у нее ребенок уже родился, у него серьезные пороки кишечника. Сказали, если проживет две недели, будут делать операцию. Она ходит на него смотреть, всего опутанного проводочками, цепляющегося за жизнь. Он не смог, не прожил.
Там хорошо, в этой грязной обшарпанной больнице. Там все свои. Временами отпускают мрачные шуточки. По очереди впадают в истерики. Именно по очереди, тогда как остальные утешают. Там хорошо. За окнами другой мир, с колясками, детскими поликлиниками и молочными кухнями, игрушками и памперсами. Она не хочет в этот мир, в котором ей будет больно.
… Почему не разделили родильные залы? Почему отовсюду слышатся крики новорожденных? Кто придумал эту пытку? Ударная доза стимуляции из сострадания, дикая боль, каждый раз, когда она на миг закрывает глаза, стрелки на часах оказываются в другом месте. Так она понимает, что теряла сознание. Почему в родильном зале так темно? Разве такое бывает? А, нет, это у нее в глазах темно… Лишь бы это закончилось когда-нибудь… Опустошение… Без мыслей, без чувств, сложно отвечать на дурацкие вопросы, призванные проверить, не тронулась ли роженица рассудком. Зачем они так громко называют рост и вес? Она закрыла глаза, но уши заткнуть не может!
Дашки уже нет, она умерла до рождения.
…То же солнце, то же небо, она привыкает ходить по осенним улицам. Мир теперь разделен на две части: люди, с которыми случилось что-то страшное, и люди, которые думают, что с ними ничего ТАКОГО случиться не может. Хотя, впрочем, есть, наверное, еще люди, которые вообще не думают ни о чем таком и считают, что все в руках Божьих. Она тоже научится так думать. Это не придает бесстрастия и оптимизма, но это делает человека чуть более устойчивым в этом мире. Страдания надо уметь принимать, пока не научишься, будешь страдать, так она решила для себя чуть позже. Наверное, она стала сильнее, но никогда она не проверяла силу духа размышлениями о том, что было бы, если бы… Она не знала, сколько еще испытаний ей подкинет судьба и сможет ли она их выдержать, да и вообще стала мало думать о будущем. А прошлое – стала уважать и старалась относиться к нему без ненависти.
…Прошло сколько-то лет. Своему сыну, когда тому исполнилось полгодика, она подарила того самого утенка. Он сразу стал любимой игрушкой, и даже когда сын подрос, он не ложился спать, не обняв его. Бу заметно истрепался, одно крыло перестало пищать, но он молодец, держится. И ночью, когда ребенок переворачивается, позвякивают погремушки в тряпочных лапках. Привет от сестренки, которая на небесах…
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 27 Apr 2005 21:41 (UTC)Сложно представить себя на ее месте. Хотя моя мама была на нем...
no subject
Date: 27 Apr 2005 21:50 (UTC)no subject
Date: 27 Apr 2005 22:22 (UTC)Лично со мной дважды случалось такое страшное - чего в жизни человеческой ну никак не должно случаться. И выжить было очень тяжело.
Мне помогает другая концепция. Если бы я верила, что это в руках Бога, я ненавидела бы такого Бога, который посылает специально такие кошмары, с какой бы то ни было целью. Моя концепция - "случай". А на случай долго не пообижаешься.
no subject
Date: 28 Apr 2005 05:56 (UTC)Та, что против ненависти во всех проявлениях. И у каждого она своя.
no subject
Date: 28 Apr 2005 06:14 (UTC)И рожать мне "повезло" в полшестого утра после ночи схваток, зато в родзале никого не было и не слышала, не видела я других рожавших.
О том, что мне именно повезло, поняла на следующий день, когда рожали еще двое из наших - с мертвыми детьми, и одновременно с ними там же рожали трое девиц, которые отказались от детей. Наши, когда от наркоза поодходили - просто были все не в себе - они мертвых рожают, а рядом с ними другие - мало того, что живых, так еще истерят и орут, что они от них отказываются и требуют убрать дите с глаз долой.
no subject
Date: 28 Apr 2005 06:51 (UTC)страшно
Date: 28 Apr 2005 12:25 (UTC)И страшно себе представить, что в жизни иногда бывает ещё грустнее и ещё страшнее...
Хорошо,что конец рассказа все-таки светлый..
no subject
Date: 29 Apr 2005 09:30 (UTC)