prosto_krys | Современник, "Крутой маршрут"

Может, спектакли не должны идти столько лет. Во всяком случае с одним актерским составом. Может, такая постановка была приемлема в те далекие годы. Но мне спектакль не понравился. Сама инсценировка не понравилась. При том что книга сильнейшее впечатление произвела. И не понравилась Неелова. Даже если абстрагироваться от того, что играет она 33-летнюю женщину. Банально НЕ ВЕРЮ. Не торкает. Остальные играли отлично, жаль, что у Покровской, Миллиоти, Ахеджаковой, Смирновой были совсем эпизодические роли. Но все равно весь спектакль не трогает. Не передает он всего того ужаса, а у театра достаточно выразительных средств, чтобы из сильной книги сделать не менее сильный спектакль. Почему так плохо использовались музыка и свет? Почему надергали из книги комических моментов, так что получилась не отсидка, а вечер сатиры и юмора? Почему заключенные такие резвые и бодрые? Не так описывает Гинзбург. Почему искажаются факты? Сцену обыска показали – не ради этой сцены, а ради одного разговора. Всем известно, какая унизительная это была процедура, когда шмонали голых женщин, заглядывая во все щели. Разумеется, это не могли показать. Ну так сделали бы только голос из-за стены. У них женщин шмонают одетыми и даже в платках! Аккуратненько так. Прямо санаторий. Вообще все следователи/надзиратели слишком вежливы. А одежда? Вот арестовали Гинзбург – она в белоснежной кофточке и костюме. По сценарию проходят месяцы. Она все сверкает белоснежной кофточкой, костюм цел, только прическа немного помялась. Во втором отделении переоделась только. Да, заключенным часто не разрешали передачи, и они сидели в чем схватили месяцами. Во что должна была превратиться белая кофточка уже через несколько дней? Да и все остальное? И на сокамерницах были замечены аккуратные светлые платочки.
Наконец, когда объявляют приговор, Неелова в ужасе бьется о клетку и кричит: «10 лет! За что?!» И опускается в бессилии на пол. Это все неправда. Гинзбург РАДОВАЛАСЬ, когда узнала, что ей дали десять лет, а не вышку. Не понимаю, зачем понадобилось так примитивно перевирать действительность. «Все вокруг меня становится светлым и теплым. Десять лет! Это значит – жить!... И вы думаете еще десять лет разбойничать тут, судаки маринованные? Вы всерьез надеетесь, что в партии не найдется людей, которые схватят вас за руку? А я знаю - есть такие люди... И рано или поздно - конец вам придет... И ради того, чтобы увидеть этот конец, надо жить. Пусть в тюрьме, все равно! Жить!... Потом дружелюбно улыбаюсь конвоирам, которые с удивлением смотрят на меня». Вот это надо было показать. На самом деле самые драматичные события начались как раз тогда, когда заканчивается сюжет спектакля. Но инсценировать все, что там было дальше, было бы невозможно. Вот бы фильм сняли… Хотя, наверное, эта тема сейчас мало кого волнует.
Впрочем, зал аплодировал стоя. Соседка моя, молоденькая девушка, рыдала. Я лично рыдала над книгой, а тут… Слабо.
Еще мне не повезло сидеть рядом с классом, который учительница пригнала в театр. Боже… Это преступление, по-моему, – приводить школьников толпами на серьезные спектакли. Надо же уважение к другим зрителям иметь. А я еще на Чехова хотела пойти… Надо стараться брать билеты подороже все-таки.